senior lecturer of Chair “Criminal Law and Procedure”
старший преподаватель кафедры «Уголовное право и процесс»
In 2013, based on Federal law No. 23-FZ, part 1 of Art. 144 of the RF Criminal Procedure Code was amended: it became allowed to carry out various procedural, investigative, and other actions; to explain to the participants of these actions their rights; to consider information obtained when examining crime reports as evidence. These amendments both considerably influenced understanding of the very beginning of a criminal case initiation and produced significant problems in collecting, checking, and assessing evidence as the structural elements of the proof process. The theoretical study shows that having the right to carry out procedural, investigative, and other activities at the stage of initiating a criminal case enshrined, the legislator omitted two very significant aspects. The first one is the absence of possibility to perform some actions in the order established by the RF Criminal Procedure Code as the procedure of such actions, for instance, getting the explanations, seizure of documents and things, is not regulated in any way by the RF Criminal Procedure Code. The actions regulated by the RF Criminal Procedure Code (forensic investigation appointment, examination, etc.) can be performed only within the frame of an initiated criminal case. The second one is that the expanded capabilities of investigation authorities at the stage of the criminal case initiation dissolved the boundaries between the preliminary investigation stage and the stage of initiating a criminal case actually turning the stage of initiating a criminal case into the “investigation imitation” carried out apart from the criminal procedure principles specified for the investigation.
В 2013 году на основании федерального закона № 23-ФЗ в ч. 1 ст. 144 УПК РФ был внесен ряд изменений, а именно: разрешено производить целый ряд процессуальных, следственных и иных действий; разъяснять права участникам этих действий; считать полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения доказательствами. Эти изменения не только значительно повлияли на понимание самого начала возбуждения уголовного дела, но и породили существенные проблемы в собирании, проверке и оценке доказательств как структурных элементов процесса доказывания. Проведенное теоретическое исследование показало, что, закрепив право на проведение процессуальных, следственных и иных действий в стадии возбуждения уголовного дела, законодатель упустил два очень существенных аспекта. Первый – отсутствие возможности проведения некоторых действий в порядке, установленном УПК РФ, так как порядок проведения таких действий, например получения объяснений, изъятия документов и предметов, никак УПК РФ не регламентирован. А те действия, проведение которых регламентировано УПК РФ (назначение судебных экспертиз, освидетельствование и ряд других), могут осуществляться только в рамках возбужденного уголовного дела. Второй – расширенные возможности органов следствия в стадии возбуждения уголовного дела «размыли» границу между стадией предварительного расследования и стадией возбуждения уголовного дела, сместив начало предварительного расследования на начало проверки сообщения о преступлении, фактически превратив стадию возбуждения уголовного дела в «суррогат расследования», проводимого вне установленных для расследования принципов уголовного процесса.