Doctor of Sciences (Law), Professor, Head of Chair of Criminal Law and Procedure of the Institute of Law, professor of Chair of Criminal Procedure and Criminalistics of the Law Institute
доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права и процесса Института права, профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики юридического института
The criminal procedure form is an integral part of the content of the criminal procedure itself and the object of the fiercest discussions in science, noticeably overloaded with ideological theses and arguments, sharp, sometimes excessively emotional criticism of the current law and of opponents proposing some changes and amendments to this law. The question of where the objectively necessary set of formal prescriptions of the law regarding criminal-procedural activity ends and obvious procedural and documentary excesses begin was chosen for a detailed analysis. The “formalization” of the Russian criminal process is a negative trend in its modern development. The example of the consideration of petitions by the investigator shows the presence of obvious procedural excesses provided for by the current Criminal Procedure Code of the Russian Federation. In the literature, the global “administrativization” of domestic justice in the first years of the Soviet regime and the shortage of qualified legal personnel loyal to it are named as the historical reason for this trend. Some authors argue that the actual elimination of both of these factors in subsequent history did not lead to a simplification of the criminal procedure form and mention examples of excessive “formalization”. Examples from the 1864 Charter of Criminal Procedure show that even before the Soviet period of Russian history, the relationship between representatives of power – the judicial investigator and the police, as well as between authorities and persons not vested with power – was always regulated in detail. As a result, a conclusion was formulated that the criminal procedure form is a necessary condition for the legitimacy of the authorities’ law enforcement, the personification of its application and responsibility for it. In this part, the detail of normative regulation and documentary registration cannot be considered excessive.
Уголовно-процессуальная форма – это неотъемлемая часть содержания уголовного процесса и объект самых ожесточенных дискуссий в науке, заметно перегруженных идеологическими тезисами и аргументами, резкой, иногда избыточно эмоциональной критикой в адрес действующего закона и в адрес оппонентов, предлагающих какие-то изменения и дополнения этого закона. Для детального анализа выбран вопрос о том, где заканчивается объективно необходимый набор формальных предписаний закона относительно уголовно-процессуальной деятельности и начинаются очевидные процедурные и документальные излишества. «Заформализованность» российского уголовного процесса – это негативная тенденция в его современном развитии. На примере рассмотрения ходатайств следователем показано наличие явных процедурных излишеств, предусмотренных действующим Уголовно-процессуальным кодексом РФ. В литературе в качестве исторической причины такой тенденции названы глобальная «административизация» отечественной юстиции в первые годы советской власти и дефицит лояльных к ней квалифицированных юридических кадров. Отдельные авторы утверждают, что фактическое устранение обоих названных факторов в дальнейшей истории не привело к упрощению уголовно-процессуальной формы, и называют примеры избыточной «заформализованности». На примерах из Устава уголовного судопроизводства 1864 года показано, что и до советского периода российской истории взаимоотношения представителей власти между собой – судебным следователем и полицией, а также между властными субъектами и лицами, не наделенными властью, всегда регламентировались детально. В результате сформулирован вывод о том, что уголовно-процессуальная форма – это необходимое условие легитимности властной правоприменительной деятельности, персонификация ее применения и ответственности за нее. В этой части детальность нормативной регламентации и документального оформления не может считаться излишней.